Нестандартное возвращение: почему Юрий Гагарин не приземлился в Пестравском районе

Пункт назначения — Пестравка

Предполагаемые места приземления будущие покорители космоса увидели заранее. С аэродрома Кряж тройки пилотов-космонавтов облетели их в сопровождении Героя Советского Союза, заместителя главнокомандующего ВВС по космосу генерал-лейтенанта Николая Каманина и Героя Советского Союза генерал-инспектора по космосу — помощника главкома ВВС по подготовке и обеспечению космических полётов генерал-майора авиации Леонида Горегляда.

Командующий ВВС Приволжского военного округа генерал-майор авиации Константин Цедрик позже рассказывал корреспонденту "Красной Звезды" по ПриВО подполковнику Илье Максимову, что расчетной точкой посадки на юге Куйбышевской области являлся райцентр Пестравка вблизи с границей с Саратовской областью. А почему гагаринский "Восток" не долетел тогда до Пестравки, а приземлился в заволжской степи у села Узморье, на землях бывшего Николаевского уезда нашей Самарской губернии, стало известно лишь когда рассекретили подробности первых пилотируемых космических полетов.

Спуск пошел не по плану

Спускался корабль Юрия Гагарина совсем не штатно, то есть не по той расчетной баллистической кривой, в конце которой его ожидали. Уже позже космонавт № 1 рассказал журналисту Ярославу Голованову подробности окончания своего полета. Спуск с орбиты Гагарин переживал тревожнее, чем подъем. Багровые всполохи, которые он видел сквозь шторки иллюминатора, страшили безотчетно. Ему было известно, что раскаленная от трения о воздух термостойкая асбестотекстолитовая обмазка спускаемого аппарата должна гореть, что перегрузки будут сильнее, чем во время подъема. Но у Юрия Алексеевича были и другие поводы для волнения. 

Команда на разделение спускаемого аппарата с приборным отсеком вовремя не прошла. Специальный замок на "голове" корабля не сработал. Стальные ремни не разорвались и не отпустили от герметичного "шарика" спускаемого аппарата крепко пристегнутый полуторатонный приборный отсек. Предвидя такой нештатный вариант, разработчики "Востока" считали, что четыре металлические полосы-ленты на спускаемом аппарате корабля во время торможения в плотных слоях атмосферы отгорят сами по себе. И они действительно отгорели, рассыпались через несколько пламенных минут.

Как писал Голованов, за это время гагаринский "Восток" немного "клюнул", чуть "провалился" и потому приземлился примерно на 250-260 километров раньше "расчетной точки" — райцентра Пестравки у реки Большой Иргиз. В остальном все прошло нормально.

Хотя, как рассказывал заместитель генерального конструктора РКЦ "Прогресс", почетный гражданин Самары, Герой Социалистического Труда Геннадий Аншаков, это отклонение в пределах максимальных 350 км, которое тогда было у первых пилотируемых кораблей-спутников "Восток-3КА".

Что могло произойти

Если бы стальные стяжки на спускаемом аппарате вовремя не отгорели, "Восток" сорвался бы в нерасчетный спуск, весь гнет которого позднее, в 1969 году, испытал на себе товарищ Гагарина по отряду космонавтов Борис Волынов на "Союзе-5". Тогда во время спуска из-за сбоя в системе приборный отсек не отделился от спускаемого аппарата корабля. По этой причине спуск был баллистический, с большими перегрузками, а не скользящий, когда перегрузки примерно втрое ниже. При торможении корабль начал вращаться, и был риск закрутки строп парашюта. В результате парашют мог сделать "свечу", что привело бы к падению спускаемого аппарата и неизбежной гибели космонавта при столкновении с землей. К счастью, этого не произошло. Но в момент приземления Волынов получил несколько серьезных травм. Однако уже на следующий день в 10 часов утра он вместе с тремя остальными космонавтами отчитывался перед Государственной комиссией о выполненном полете. 

Куйбышев всегда встречал радушно

С подачи военного краеведа, полковника Андрея Бондаренко и журналиста Валентины Полетаевой на КПП военного санатория "Волга" и в здании для высокопоставленных гостей появились мемориальные доски, посвященные Юрию Гагарину. Ведь именно этот санаторий посетили космонавты на Самарской земле одним из первых. 16 марта их разместили на отдых именно на 7-й Просеке. Будущие космонавты сутки отдыхали: играли в бильярд, шахматы, гуляли в парке на берегу Волги.

После возвращения на Землю космонавты они встречались с коллективами предприятий Куйбышева. Чаще всего это были визиты на заводы № 1 и 18.

Как пишет в своих мемуарах Дмитрий Глотин, 18 августа 1962 года Юрий Гагарин и Герман Титов прибыли в цех сборки ракет-носителей завода № 1 ("Прогресс"):

- Там в середине цеха были поставлены две высокие стремянки, и космонавты около часа рассказывали о своем полете и отвечали на вопросы присутствующих, а их было около 200 человек. После выступления космонавты осмотрели производство ракет-носителей, головных частей ракет, космических кораблей фоторазведки "Зенит-2". Пока Юрий Гагарин находился в сборочном цехе, около его ворот собралась большая толпа любопытных работников завода численностью 300-400 человек. Директору предприятия Виктору Литвинову предложили изменить маршрут выезда космонавтов с завода и осуществить отъезд не из сборочного цеха, а из соседнего цеха клепаных конструкций. Руководство завода приняло предложение. При входе в клепальный цех нам показалось, что там никого нет. Впереди группы шел директор завода, затем Титов и Гагарин. Когда мы дошли до середины здания, из-за барьерной стенки выбежала девушка, обняла за шею Гагарина, поцеловала его и исчезла за барьерной стенкой и стоящими за ней хвостовыми и приборными отсеками ракет. Все рассмеялись, но руководству завода было неудобно из-за возникшей ситуации.

Фото: Управление государственной архивной службы Самарской области