Новое звучание: в Самаре завершился международный фестиваль "Наследие. Опера"

Молодой Шостакович

На фестивале прошла премьера первой оперы Дмитрия Шостаковича "Нос" (12+). До осени она останется в концертном исполнении, в сентябре превратится в полноформатную постановку.

Произведение считается сложным для исполнения. Дирижер-постановщик самарского спектакля Павел Смелков (Мариинский театр) отмечает, что решение включить это произведение в репертуар – большое событие для коллектива любого уровня.

Опера создана под впечатлением от спектакля Всеволода Мейерхольда "Ревизор". По первоначальному замыслу, он должен был выступить режиссером "Носа", но этот план не осуществился. Либретто вместе с Шостаковичем сочиняли несколько человек, в том числе писатель Евгений Замятин. Но считается, что основная часть принадлежит композитору.

"Нос" – творение молодого и дерзкого Шостаковича. Опера написана в обстановке экспериментальных 1920-х, когда авангард стал скорее нормой, чем исключением. Композитор меньше всего заботился о том, чтобы произведение было удобным для исполнения. Сюжет выстроен по кинематографическим принципам. Например, в одной сцене действие может происходить в двух квартирах параллельно. Музыка написана с невиданным стилевым разнообразием, из-за чего состав оркестра тоже выглядит необычно: в него, к примеру, входят домры и балалайки. Слушателю не дает расслабиться большое количество ударных (один из музыкальных антрактов целиком написан для них).

Артисты на премьере выходили в строгих концертных костюмах. Фоном служила проекция, придуманная режиссером и художником по видеоконтенту Дмитрием Громовым. Перед спектаклем он рассказал, что с первого знакомства с "Носом" почувствовал сюжет как сюрреалистический и попытался сохранить это ощущение в спектакле.

В итоге проекция получилась не менее фантасмагоричной, чем гоголевский сюжет и музыка Шостаковича. И очень органично стала частью общего целого. На экране появлялись рисованные интерьеры, реальный (или почти реальный) исторический Петербург. В городе, правда, памятник мог сойти с постамента, а дома – стремительно "улететь" из картинки, уступив место огромному носу.

Несмотря на форму, солисты представили полноценные актерские работы, ограниченные пока только в перемещениях по сцене. Яркой получилась роль квартального надзирателя в исполнении Владислава Новичкова. Экспрессивно сыграл главного персонажа Платона Ковалева Роман Николаев.

– Это самая сложная партия, с которой мне приходилось работать, – говорит он. – Хочется прийти к идеально чистому звучанию. Важно приблизиться к тому, что писал Дмитрий Шостакович в своих письмах: все должно быть абсолютно точно не только ритмически, но и мелодически. Каждая интонация уже заложена композитором, и наша задача – воплотить это максимально верно.
 
Эталонный Верди

Одной из кульминаций фестиваля стал показ оперы Джузеппе Верди "Бал-маскарад" (16+). Звездный состав солистов представил почти эталонное исполнение – с вокальной и актерской точки зрения.

В партии Амелии впервые вышла на российскую сцену сопрано Лидия Фридман. Артистка родом из Самары. Выпускница нашего музучилища отучилась в Италии и теперь с успехом выступает в европейских театрах. Амелия в ее исполнении впечатляла не только красотой и силой голоса, но и хрупкой беззащитностью.

Убедительный образ самовлюбленного легкомысленного Ричарда создал Сергей Абабкин. Солист Московского музыкального театра "Геликон-опера" дебютировал в этой партии на самарской сцене. Мировая звезда, солист Мариинского театра Владислав Сулимский поднял не только партию Ренато, но и весь вердиевский сюжет почти до трагической высоты.

Единственный вопрос к этому показу: альтер эго Ричарда играл не артист с карликовостью, как на премьере, а мальчик (Антон Кельгин). Из-за этого и так достаточно запутанная фрейдистская концепция режиссера Филиппа Разенкова стала еще менее внятной, чтобы не сказать нечитаемой. Зрители, похоже, приняли мальчика за маячащего на сцене сына Ренато и Амелии.

Достойными партнерами приглашенным солистам выступили самарские артисты. Яркий образ Оскара создала дебютировавшая в этой партии Софья Коляда. Мрачную предсказательницу Ульрику роскошно воплотила Светлана Каширина.

– Все сложилось по-особенному: другой состав, другие эмоции, и спектакль рождается по-новому, – поделился Сулимский. – Давно не исполнял эту партию, но мы быстро все восстановили и на сцене почувствовали настоящее единство. Мне кажется, получился живой, искренний спектакль. Самарская публика, как всегда, невероятно теплая и принимающая, тут по-другому не бывает.

По словам Фридман, она часто пересекается в разных точках мира с участниками фестиваля. И встретиться с ними на самарской сцене – особенная радость.

– С Евгением Дмитриевичем Хохловым мы знакомы давно, еще с моего студенческого времени, – говорит артистка. – Не раз обсуждали возможность совместной работы, но из-за плотного графика это долго не удавалось осуществить. Рада, что сейчас все совпало и у меня появилась возможность приехать и дебютировать в Самаре. Это ценно и трепетно.

Театральный Слонимский

В опере "Мастер и Маргарита" (16+), как мы писали ранее, в день своего 80-летия выступил выдающийся баритон Сергей Лейферкус. Он исполнил партию Понтия Пилата.

– Для театра это редкая и большая удача, когда мастер такого уровня "встает у руля" спектакля и своим опытом, энергией и философией наполняет пространство, меняет его, – отметил худрук фестиваля Хохлов.

Участие Лейферкуса – не единственное событие показа. Самара вновь увидела в партии Левия Матвея солиста Московского театра "Новая Опера" Михаила Губского. Значительная часть жизни артиста связана с нашей оперой. С 2007 по 2011 год он работал художественным руководителем театра.

– Я как артист родился тут, – рассказывает Губский. – Пришел в театр в 1992 году, начал работать в хоре, в 1995-м стал солистом. Поэтому для меня нет более родного места, я всегда возвращаюсь сюда, как домой. Самара – это особая атмосфера, знакомые лица, улицы, ощущение своей среды. Этот театр дал мне многое, и я могу только с благодарностью о нем говорить.

Опера Слонимского считается трудной для исполнения и постановки. Режиссер Юрий Александров перед премьерой в 2023 году говорил, что это самый сложный спектакль в его жизни. Но после фестивального показа Лейферкус и Губский отметили, что артисту музыка Слонимского, наоборот, помогает.

– Это не первая опера Слонимского в моей работе, – поясняет Губский. – Его музыка всегда театральная, она дает возможность артисту раскрывать образ. Я бы даже сравнил ее с творчеством Модеста Мусоргского. У него тоже каждая музыкальная фраза связана со смыслом слова. "Мастер и Маргарита" – одно из открытий в моей творческой биографии.